Вечер. Лежим с женой в кровати, смотрим телевизор. (Жена слегка дремлет.)
Показывают сюжет про съемки нового американского фильма, в котором в одной из главных ролей - собака. Ведущий передачи рассказывает о больших гонорарах актеров и говорит, что песик получил за съемки 100 000 баксов.
Толкаю жену, говорю:
- Смотри, вон пес сто тысяч заработал...
Жена, по ходу своей фразы просыпаясь:
- Ну вот, он деньги зарабатывает, а ты тут лежишь!!!

Давным-давно, в середине 50х, моя мамуля работала на фармацевтическом заводе, где выращивали пенициллиновый грибок. Выращивали поначалу на натуральном мясе, использовали настоящее подсолнечное масло и, самое-то главное, по всему заводу было море питьевого спирта. Представляете обстановочку? Налил спиртику, на маслице пожарил на закусь мяска - лепота! Вечером к проходной приходили жены рабочих и мужей им выдавали на руки. Бедные бабы волокли упившихся работяг домой, в основном в деревню Зюзино (подходящее название, а?).
Но когда Маленкова сменил Хрущев, в фармацевтике начали вводить заменители. Сначала пропало мясо, потом масло и под конец спирт заменили на технический. Но не везде. Оставались лаборатории, где растили контрольную культуру и там это все оставили. Слесаря в лаборатории на устранение дефектов не ходили, пока им не гарантируют хотя бы стакан. Но потребление все же сократилось.
И вот однажды трое друзей раздобыли 2 литра(!) спирта. Спирт был налит в огромную мензурку. Но требовалась закусь. Емкость поставили на стол в лаборатории и пошли шакалить насчет мяса. Пока мужики ходили, пришел молоденький лаборант - мыть реторты, мензурки и прочую спецпосуду.
Картина Петрова-Водкина: мужики с окороком вваливаются в лабораторию, а парень на их глазах выливает добытый с таким трудом спирт в раковину!
Ей-богу, эти черти раковину ВЫЛИЗАЛИ.
Лаборанта увезла "скорая".
Мужиков наказали, но не уволили, нач. цеха сказал: "Состояние аффекта".

История эта произошла в прошлом году в одном из общежитий славного Московского Физико-Технического Института.
Сидят трое вечером в комнате, играют в преферанс. Играют уже довольно долго, пишут длинную пулю. Настолько длинную, что желание пожрать возросло неимоверно. Тут один парень, назовем его В, дабы поддержать резвость мысли, столь необходимую подчас в игре, достает их холодильника замороженную сосиску и начинает ее есть. Поскрипев льдом на зубах, он все же решает дать ей оттаять, а дабы ускорить процесс, сует ее в стакан с теплой водой, нетронутым концом вниз. Тем временем в комнату зашел слоняющийся от безделья сокурсник С и, не зная к чему прицепиться, спрашивает: «а чего это сосиска в стакане делает?», на что В ему, не отвлекаясь от игры, в ответ ляпает, что она там растет. С, догнавший, что никто горячего желания поговорить с ним не испытывает, сваливает. Ну время идет, гора растет, а В сосиску перевернуть успел, дабы с другого конца оттаяла...
Все же безделье С покоя не дает, и он заваливает снова. Играющие на него - ноль эмоций. Сдали, поторговались... и тут С, придерживая вылазище глаза, с повышенной интонацией изрекает: «Че в натуре растет, что ли?»
Играющие на полу в судорогах истерического хохота.